Прочитайте, станет легче, — Я живу с мыслью, что каждую минуту жизнь может измениться к лучшему

Я живу с мыслью, что каждую минуту жизнь может измениться к лучшему. Мне так проще жить. Я все время жду хороших новостей. Притягиваю их. А если случается плохое, я думаю: так-с, это плохое — ступенька к хорошему. Именно на контрасте с этим «плохо», я буду особенно ценить свое наступающее «хорошо». Которое уже совсем близко.

Очень хочу заразить этой мыслью окружающих.

Вот сейчас забежала в магазин.

В очереди передо мной женщина с дочкой. Девочке лет пять.

  • — Мам, можно я сама выложу продукты на ленту?
    — спрашивает она.

Очень хочет помочь. Мама нервничает, может, опаздывают куда, может, просто не выспалась.

  • — Давай, только быстрее… — говорит она дочке рассеянно.

Девочка со всей страстью начинает метать продукты из тележки на ленту. Спешит. Мама доверила такое дело! Надо оправдать ожидания!!!И вдруг…

Пакет с пшеном падает на пол, и лопается. Пшено почти не высыпалось, но пакет порван. Девочка в ужасе замерла. Что она натворила!

  • — Ну вот, — мама вздыхает. — Так и знала! Вот доверь! Ну, руки-крюки! За что не возьмешься… Надо теперь взять новый пакет пшена!

Девочка беззвучно плачет. Она больше не хочет ничего перекладывать. Она неумеха. Руки-крюки. Так сказала мама.

  • — Давайте сюда этот, там же почти не просыпалась, я вам в целлофан положу, и заберете, вы же порвали! — говорит кассир.
  • — Мы не порвали, мы уронили. Он сам порвался. Мне нужен целый пакет пшена! — раздраженно говорит мама.

Она сама переложила оставшиеся продукты на ленту. И, к неудовольствию всей очереди, ушла за новым пакетом пшена.

  • — Дайте пакет, — прошу я кассира, беру целлофановый пакет и прошу девочку, застывшую как мумия у кассы. — Помоги собрать пшено, пожалуйста.

Она садится на корточки, и мы с ней вместе собираем пшено в целлофановый пакет, пока вернувшаяся мама девочки рассчитывается за покупки.

  • — А что теперь с этим пшеном? Которое ваша дочь рассыпала?

Мама приготовилась к скандалу.

  • — У вас тут всегда заложена в стоимость такая ситуация. Что вы мне рассказываете! Я могу вон весь алкоголь перебить, и то не обязана за него платить. А тут пшено!
  • — А кто за него должен платить? Я? — заводится кассир.

Так. Ребята, остановитесь! Ну зачем нагнетать на пустом месте? Ну вот зачем тиражировать взаимное раздражение?

  • — Я куплю это пшено, — говорю я. — При условии, что ваша дочь поможет мне переложить продукты на ленту. Она так здорово это делает. А у меня рука болит.

Мама девочки врезается в мой убедительный взгляд.

И, будто опомнившись, говорит:

  • — Да, Лидочка, помоги тете … У нее рука болит.

Я, чтобы девочка не видела, показываю «Класс!» своей совершенно здоровой рукой. Лидочка будто отмирает. Начинает аккуратно перекладывать мои продукты на ленту. Старается. Поглядывает на маму.

  • — Какая у вас помощница растет! — говорю я маме Лиды громко, чтобы девочка слышала.
  • — Да. И не говорите!!! Она и полы у меня умеет мыть. И стирку запускать!
  • — Ничего себе! Настоящая невеста! — подыгрывает нам дяденька, который стоит за нами.
  • — И пельмени я тебе помогала раскатывать, — напоминает смущенная Лида.
  • — Оооо, пельмеееени, это просто чудо, а не ребенок! Вот вырастет — отбоя от женихов не будет. Я бы сам прям сегодня женился на вашей Лиде, да женат уже двадцать четыре года. А вот если бы не жена…

Все в очереди смеются. Тем временем мои продукты уже на ленте. Я быстро упаковывают их в пакеты. Мы одновременно с Лидой и ее мамой выходим из магазина.

  • — Лида, а ты когда-нибудь была в Венеции? — спрашиваю я.
  • — Где?
  • — В Венеции.
  • — Нет. Я в Крыму была.
  • — Знаешь, я тоже пока не была. Но читала, что там есть площадь, на которой много-много голубей. И они почти ручные. Садятся людям на плечи. И на голову. И люди с ними фотографируются. Представляешь?
  • — Здорово!
  • — Хочешь прямо сейчас оказаться в Венеции?
  • — Здесь? Сейчас? — удивляется Лида.
  • — Да! — я достаю целлофановый пакет с пшеном. — Здесь и сейчас.

Мы отходим от магазина на пятачок пространства, где никому никто не мешает, и я говорю:

  • — Лида, ты очень скучно уронила пшено. Оно даже не рассыпалось. Урони так, чтобы БАМС!!! Чтобы все рассыпалось.

Лида оглядывается на маму. Та уже все поняла, улыбается и кивает. Лида берет у меня пакет с пшеном.

  • — Прямо на землю???
  • — Прямо на землю!!!

Лида радостно плюхает пшено на пол, оно рассыпается желтым мандариновым салютом и тотчас. Почернело небо!!! Как пишут в сказках!!!

С крыш, с проводов, откуда не возьмись огромное полчище голодных голубей стремительно пикирует к ногам визжащей от восторга Лиды.

  • — Мамамама! Смотри как их много!!! Мамамама! Они едят наше пшено!!!

Мамамама, мы в Венеции!!! Мы с ее мамой смеемся.

  • — Здорово. Спасибо вам. Прям отрезвили. А то у меня сегодня плохой день… — говорит мама Лиды.
  • — Плохой день каждую минуту может стать хорошим. Балашиха каждую минуту может стать Венецией.
  • — Да, я уже поняла, — смеется мама. — Он уже стал…

Она прижимает к себе скачущую Лиду.

  • — Я свою дочурку Лиду, никому не дам в обиду, — говорит она.

А девочка хлопает в ладоши… Ну все, здесь я больше не нужна.

Фея рассыпанного пшена, голодных голубей и счастливых девочек полетела дальше. Помните, пожалуйста: каждую минуту все может измениться к лучшему. Или подождите. Или… сами измените…

© Ольга Савельева

Источник ➝

Сегодня был ее юбилей, 70 лет…но дети не поздравили и даже не позвонили

Анна Петровна сидела в больничном сквере на лавочке и плакала. Сегодня ей исполнилось 70, но ни сын ни дочь не приехали, не поздравили.

Правда соседка по палате, Евгения Сергеевна, поздравили и даже подарила ей небольшой подарок. Да ещё санитарочка Маша яблоком в честь дня рождения угостила. Пансионат был приличный, но персонал в целом был равнодушным.

Конечно, все знали, что сюда стариков привозили доживать свой век дети, которым они становились в тягость. И Анну Петровну сюда привез сын, как он сказал отдохнуть и подлечиться, а на самом деле она просто мешала снохе.

Ведь квартира была её, это потом сын уговорил на него дарственную написать. Когда просил подписать бумаги, то обещал, что она как жила дома, так и будет жить. Но на деле оказалось по-другому, они сразу всей семьёй переехали к ней и началась война со снохой.

Та была вечно недовольна, не так приготовила, в ванной после себя грязь оставила и многое другое. Сын поначалу заступался, а потом перестал, сам покрикивать начал. Потом Анна Петровна заметила, что они стали о чем-то шушукаться, а как только в комнату заходила – замолкали.

И вот как-то утром сын завёл разговор о том, что ей надо отдохнуть, полечиться. Мать, глядя ему в глаза, горько спросила:

  • — В богадельню меня сдаешь, сынок?

Он покраснел, засуетился и виновато ответил:

  • — Да что ты, мама, это просто санаторий. Полежишь месяц, потом обратно домой.

Привёз её, быстро подписал бумаги и торопливо уехал, пообещав скоро вернуться. Один раз только и появился: привёз два яблока, два апельсина, спросил как дела и не дослушав до конца, куда-то умчался.

Вот и живёт она здесь уже второй год.

Когда прошёл месяц и сын за ней так и не приехал, она позвонила на домашний телефон. Ответили чужие люди, оказалось, что сын квартиру продал и где его теперь искать неизвестно. Анна Петровна пару ночей поплакала, все равно же знала ,что домой её не заберут, что теперь слёзы лить. Ведь самое обидное, что это она в своё время, обидела дочь ради счастья сына.

Анна родилась в деревне.Там же и замуж вышла, за одноклассника своего Петра. Был большой дом ,хозяйство. Жили небогато, но и не голодали. А тут сосед из города приехал в гости к родителям и стал Петру рассказывать, как в городе хорошо живётся. И зарплата хорошая и жильё сразу дают.

Ну Петр и загорелся, давай да давай поедем. Ну и уговорил. Продали все и в город. Насчёт жилья сосед не обманул, квартиру дали сразу. Мебель купили и старенький запорожец. Вот на этом запорожце и попал Петр в аварию.

В больнице на вторые сутки муж скончался. После похорон Анна осталась одна, с двумя детьми на руках. Чтобы прокормить да одеть, приходилось в подъездах пол мыть по вечерам. Думала дети вырастут помогать будут. Но не получилось.

Сын попал в нехорошую историю, ей пришлось деньги занимать, чтобы не посадили, потом года два долги отдавала. Потом дочь Даша замуж вышла, ребёнка родила. До года все нормально было, а потом часто сын болеть стал. Ей пришлось с работы уйти, чтобы по больницам ходить. Врачи долго не могли поставить диагноз.

Это потом уже какую то болячку у него нашли, которую только в одном институте лечат. Но там такая очередь. Пока дочь по больницам ездила, от неё муж ушёл, хорошо хоть квартиру оставил. И вот она где-то в больнице познакомилась с вдовцом, у которого дочь с таким же диагнозом была.

Понравились они друг другу и стали вместе жить. А через лет пять он у неё заболел, нужны были деньги на операцию. У Анны деньги были, она хотела их сыну отдать на первый взнос за квартиру.

Ну а когда дочь попросила, ей стало жалко на чужого человека тратить, ведь родному сыну деньги нужней.Ну и отказала. Дочь на неё сильно обиделась, и на прощание сказала, что больше что та ей больше не мать, и когда той трудно будет, чтобы к ней не обращалась.

И вот уже двадцать лет они не общаются.

Мужа Даша вылечила и они забрав своих детей уехали жить куда-то к морю. Конечно если бы можно было все назад повернуть, Анна бы по другому сделала. Но прошлого не воротишь.

Анна медленно встала со скамейки и потихоньку пошла в пансионат. Вдруг слышит:

  • — Мама!

Сердце заколотилось. Она медленно повернулась. Дочь. Даша. У неё ноги подкосились, чуть не упала, но подбежавшая дочка подхватила её.

  • — Наконец-то я тебя нашла… Брат не хотел адрес давать. Но я ему судом пригрозила, что незаконно квартиру продал, так сразу раскололся.

С этими словами они зашли в здание и сели на кушетку в холле.

  • — Ты прости меня, мама, что так долго с тобой не общалась. Сначала обижалась, потом все откладывала, стыдно было. А неделю назад ты мне приснилась. Будто ты по лесу ходишь и плачешь.

Встала я, а на душе так тяжело стало. Я мужу все рассказала, а он мне езжай и помирись. Я приехала, а там чужие люди, ничего не знают.

Долго я адрес брата искала, нашла. И вот я здесь. Собирайся, со мной поедешь. У нас знаешь какой дом? Большой, на берегу моря. И муж мне наказал, если матери плохо, вези её к нам.

Анна благодарно прижалась к дочери и заплакала. Но это уже были слёзы радости.

Почему в Швеции запрещены шторы на окнах в квартирах?

Если вы хотя бы раз посещали Швецию, то наверняка заметила, что в практически во всех жилых домах на окнах нет занавесок и уж тем более плотных темных штор. Для нас подобное решение покажется настоящей дикостью, ведь мы привыкли скрывать свою жизнь и быт от посторонних глаз за высокими заборами и шторами. В этой стране все совсем наоборот, шведские семьи выставляют свою жизнь на всеобщее обозрение. Лишь на некоторых окошках можно заметить полупрозрачную тюль или жалюзи, которые закрываются в ночное время, однако это скорее элемент декора в дизайне интерьера.

Чем же обусловлена такая традиция и как появилась привычка не завешивать окна?

Давайте выясним.

Подобный образ жизни сложился исторически. В 17 столетии в Швеции был принят закон, запрещающий гражданам завешивать окна (кстати документально действует он и по сей день, но является необязательным к исполнению). Закон был введен для того, чтобы каждый лично мог убедится в том, что его сосед живет по средствам. Кроме того, во время обходов королевская стража имела право заглянуть в окна горожан, чтобы проверить не нарушается ли порядок.

Вторая причина также имеет историческую подоснову. В древние времена главным промыслом жителей государства являлась рыбалка. Мужчины зачастую возвращались с добычей очень поздно, и чтобы облегчить их путь домой в темное время суток, жены ставили на подоконник свечи, которые выступали в качестве своеобразных маяков. Кроме того, на улицах не было освещения, а свечки помогали компенсировать его отсутствие. Вполне рационально, что на окнах не было занавесок, ведь это небезопасно (шторки вблизи открытого огня с легко могли стать причиной пожара). Сегодня эта традиция сохранилась, вот только свечи все чаще заменяют на фонарики, причем заметить их можно как в окошках частных домиков, так и высоток.

Еще один фактор – климатический. В зимнее время световой день в шведских широтах равен шести часам в сутки. Постоянная нехватка солнечного света компенсируется открытыми оконными проемами. Что касается искусственного освещения, то шведы – противники люстр (верхний свет зачастую очень слабый). Они предпочитают освещать свои квартиры и дома всевозможными настольными светильниками, современными подсвечниками, масляными лампами.
По их мнению, так можно привнести в комнату максимум уюта и тепла, создать особую неповторимую атмосферу (а приглушенный свет этому способствует как нельзя лучше). Шведы обожают ставить свечи в огромные стеклянные вазы, дизайнерские стаканчики и креативные канделябры.

Картина дня

))}
Loading...
наверх